Каково место людей в будущем, где работу выполняют роботы?

Робин Хансон (Robin Hanson) полагает, что господство роботов будет происходить в виде симуляций. В своей книге “The age of Em” этот экономист объясняет: можно взять 200 лучших и самых смышленых людей планеты, просканировать их мозги и создать роботов, которые по своим функциям и задачам будут неотличимы от людей, на основе которых они были созданы. Разве что они будут в тысячу раз быстрее и лучше.

В силу каких-то причин, Хансон непринужденно и настойчиво зовет эти 200 человеческих прототипов «миллиардерами», даже несмотря на то, что владение миллиардом в любой валюте могло бы считаться доводом против смышлености, поскольку оно указывает на то, что человек не понимает, сколько денег ему на самом деле нужно. Но в этом разница между подходами экономиста и обычного человека, которого сейчас пугает будущее.

Эти роботы, превосходящие людей во всем и не имеющие потребностей, которые не могли бы быть удовлетворены, заменят людей на рынке труда и сделают нас совершенно ненужными. По сути, мы все выйдем на пенсию. Будет ли это сытая беззаботная жизнь или жестокое истребление, будет зависеть от того, как мы себя поведем по отношению к ним при их зарождении.

Когда Хансон делится своими прогнозами с публикой, возникает один вопрос: что остановит этих созданий от истребления нас? «Ну, мы же не истребляем пенсионеров сейчас?», – риторически отвечает он. Далее он поясняет, что некоторое сочетание благодарности, эмпатии и теплых чувств, которые также будут смоделированы на основе людей, будут присущи этим роботам (если для этого не будут использоваться реальные миллиардеры).

Мнения насчет того, каким именно будет будущее с роботами, расходятся. Историк Юваль Ной Харари (Yuval Noah Harari) в своей книге «Человекобог: краткая история Завтра» утверждает, что искусственный интеллект первым добьется мирового господства. Его картина будущего более мрачная, чем у Хансона – роботы будут лишены эмпатии и сентиментальной привязанности к нам, своим прародителям. Но в остальном она по своей сути такая же. Харари пророчит появление бесполезного класса: людей, которые не знают, чему учиться, поскольку понятия не имеют, какие навыки будут востребованы ко времени окончания обучения; людей, которые не могут работать, поскольку всегда есть более дешевые и эффективные роботы; людей, проводящих время за употреблением наркотиков и смотрением в экран.

Все эти нюансы, AI (искусственный интеллект) против Ems (роботы Хансона), AI против IA (усиление интеллекта, когда люди не вытеснены новыми технологическими возможностями, а используют их для своего развития), увлекают футурологов. Хансон считает, что AI развивается слишком медленно, в то время как для создания Em нужно только три технологии: более быстрые и дешевые компьютеры, которые уже имеются в наличии; сканирование мозга, над которым работает меньшее, но активное сообщество биологов; моделирование человеческого ума, которое «сложнее предугадать».

Тем не менее все прогнозы сходятся в одном – человеческий труд устареет. Даже если восстание роботов еще только предстоит в будущем, эта идея уже становится насущной в некоторых секторах. Беспилотные машины по прогнозам составят 75% дорожного движения к 2040 г., не только оставляя без работы водителей, но и изменяя всю инфраструктуру, связанную с этой работой от водительских курсов до заправочных станций.

Всегда находятся те, кто говорят, что мы не должны сдаваться перед нашими же инновациями, нам не нужно автоматизировать все только лишь потому, что мы можем это сделать. Однако история учит нас тому, что мы будем это делать. Более того – что сопротивление изобретениям обречено на провал. По большому счету, если основная идея прогрессивного будущего заключается в том, чтобы цепляться за работу для избегания безработицы, то мы могли бы придумать виды работы, которые были бы более яркими и приносящими удовлетворение, чем вождение.

Две угрозы вызваны автоматизированным будущим. Первая – что мы будем раздражать роботов, и они, получив полное господство, быстро нас уничтожат (вполне голливудский сюжет). Не так много устройств мы можем заблаговременно создать для того, чтобы сделать себя менее досаждающими. Наверняка найдется немало верящих в то, что наше уничтожение настолько неизбежно, что все прочие тревоги второстепенны.

Если вам хватает выдержки для того, чтобы не слишком беспокоиться на этот счет, то важнейшим вопросом становится следующий: как мы будем распределять ресурсы в мире без работы? Этот момент был очень точно выражен Стивеном Хоккингом (Stephen Hawking), когда он заметил: «Все смогут наслаждаться свободным временем в роскоши, если производимые машинами материальные блага будут делиться на всех, но большинство людей могут оказаться в ужасной бедности, если владельцы машин успешно будут применять лоббирование против распределения богатств».

Как и в случае со многими проблемами от аннулирования долга до глобального потепления, сущность ситуации легко понимается учеными, академиками, философами как слева, так и справа, активистами из или вне эстеблишмента, а единственными решительно сопротивляющимися этому являются самоназванные политические «реалисты».

Вопрос распределения материальных благ в будущем отсылает нас к загадке, появившейся в прошлом: как переделать систему социальной поддержки, чтобы она воплощала солидарность, щедрость и доверие, заменив социально-направленное государство, существующее в наши дни, подтачиваемое червем всеобщего недоверия.

Идея гарантированного базового дохода обычно воспринимается как «переход от принципа социальных пособий Бевериджа, основанного на взносах и распределении рисков, к системе с доходом как правом человека» (как это описано Ховардом Ридом (Howard Reed) и Стюартом Лэнсли (Stewart Lansley)). В самом простом варианте все граждане получают одинаковый доход. Здесь есть еще над чем подумать: будет ли к нему добавляться что-то для решения жилищных вопросов; в каком виде это будет иметь наиболее прогрессивный эффект; что насчет налогообложения более обеспеченных людей; как это реализовать так, чтобы это было и доступно и действительно приемлемо для жизни.

Кроме того, остаются вопросы о сопутствующих инициативах. Не подорвет ли гарантированный базовый доход трудолюбие, вызывая нехватку персонала, пока мы ждем развития роботов (пробные программы в Канаде пришли к тому, что меньше работать стали только матери новорожденных и проходящие обучение подростки; другие пробные программы запускаются в Кении и по всей Европе).

Вступая в будущее, где многие профессии могут стать ненужными, мы сталкиваемся с более экзистенциальными вопросами: как мы будем находить смысл в жизни без работы? Как мы будем находить общность без социальных статусов? Как мы будем заполнять свое свободное время разумным образом? Эти вопросы, занимавшие Бертрана Рассела (Bertrand Russell) и Джона Мейнарда Кейнса (John Maynard Keynes), потеряли актуальность, когда мы поняли, что можем заполнять смыслом наше существование через потребление и подстегивать свою жажду зарабатывать постоянными растратами.

Даже устраняя ограничения, накладываемые планетой, этот план провалился. Потребление могло сделать работу необходимой, но оно не наделило ее смыслом. И, возможно, главный вопрос, который нужно будет решать в будущем не в том, способны ли мы делиться, а в том, где мы будем находить побудительные силы.

Хансон не настаивает на том, что его вариант – единственно возможный. Скорее считает, что «следует ожидать, что какие бы изменения ни происходили, они будут происходить очень быстро. Скажем, за пять лет мир может стать совершенно другим. Что я хочу, так это понимания людьми того, насколько это важно и срочно, иметь план, когда все это начинает происходить».

Поделиться:

Отправить ответ

Оставьте первый комментарий!

Уведомление
avatar
wpDiscuz

Euro

  • France
  • Germany
  • Italia
  • England
  • Ireland

Sport

  • Foot Ball
  • Tennis
  • X Game
  • Worlcup
  • Racing

Useful Links

  • About us
  • Services
  • Blog
  • Price
  • Contact us